Впервые я побывал в Финляндии в 1994-м году – общество ингерманландских финнов «Инкерин Лиитто» организовывало поездки на сезонные сельскохозяйственные работы – в постсоветской России тогда были непростые времена – и это была хорошая возможность «посмотреть заграницу» - и при этом еще подзаработать «валюту» - в условиях мощнейшей инфляции «деревянного», как тогда называли рубль. Это было довольно актуально, хотя больше, конечно, заинтересовала возможность посмотреть другую страну, другой образ жизни.
Еще за несколько лет до этого съездить «за границу» было практически невозможно: помню, как на собрании по поводу загранкомандировки обсуждали кандидатуру одного сотрудника – его жена перешла работать из государственного предприятия в кооператив – и это явилось основанием для старых партийцев объявить, что и сам он может оказаться «нестойким элементом», то есть опасно выдавать ему загранпаспорт. Под моей анкетой на разрешение выдачи загранпаспорта должны были поставить подписи руководитель парторганизации предприятия, начальник отдела кадров и кто-то еще – уже не помню, кто именно, но сбор подписей под этими анкетами запомнился на всю жизнь.
Современной российской молодежи тяжело представить, да и пожилое поколение подзабыло, какими были девяностые годы – пустые прилавки магазинов, озабоченные и раздраженные лица, многочасовые очереди даже не за «дефицитом», как в СССР, а уже просто за продуктами, талончики на самые необходимые продукты, часть из них до сих пор лежит на полке – «неотоваренные», то продукты «не завезли», а то и «талоны не того цвета» - их выдавали по месту прописки, прописан был в Ленинградской области, фактически жил и работал в Ленинграде, и во многих магазинах областные талоны, отличавшиеся цветом, не принимали. Пробовал объяснить сыну, что находились люди, кричавшие продавцам – «не продавайте ему – понаехали тут нас объедать» - кажется, не поверил. Для нас же это было почти привычный образ жизни – бурно обсуждали происходящее, расстраивались по поводу бесцельно проходящих годов жизни, но в отчаяние не впадали.
Финляндия тогда поразила не только изобилием в супермаркетах – мы ходили в магазины «по-советски» - испуганной ватажкой, бурно обсуждая увиденное, так, что финны удивленно на нас смотрели, но и чистотой и опрятностью улиц, беззаботностью, спокойствием и улыбками на лицах. Машины тормозят, уступая дорогу, даже если просто стоишь у перехода, нет охранника у каждого входа в магазин, а продавцы обязательно скажут «хювя пяйвя» - «добрый день». Сельские дома, коровы в поле, ровные ряды посадок на полях – все выглядело как на рекламной картинке. Удивляло отсутствие огромного контраста между городской и сельской жизнью, так свойственного русской деревне.
Мне и раньше доводилось заниматься сельхозработами – родился в сельской местности, в школьные годы пропалывал картофельные поля, собирал скошенное сено и убирал кормовую свеклу – в советские времена все школьники должны были помогать колхозам, и нас возили на такие работы. Да и потом, работая инженером в Ленинграде, посылался в командировки в помощь колхозникам – все, как в песне В. Высоцкого – рядом стоял начальник нашего отдела – кандидат технических наук – и откидывал гнилые и раздавленные картофелины с конвейера картофелеуборочного комбайна. Вокруг стояли колхозники и давали нам советы – все таки родились мы все в «стране Советов» – а потом они куда-то исчезали, и непонятно было, помогаем ли мы колхозникам или трудимся вместо них.
Хозяйство Эркки и Каролы Пекканен (недалеко от Керимяки, но, может быть, за давностью я подзабыл и неправильно написал их имена), самое обычное по финским меркам, поразило своей продуманностью. Способ выращивания клубники на пленке, расположение рядов – все вроде просто, но в то же время рождалась мысль – почему мы так не делаем? Лето – короткое, земля – каменистая – но клубника растет в невообразимом количестве. В пять утра – хозяин с сыновьями уже в поле, и нам неудобно отставать. И, хотя в сельской местности рано ложатся спать, почему то многое успевали – поработать в поле, сходить в лес за грибами, черникой, или просто побродить, покататься по озеру на лодке, заодно проверить капканы на щуку – там обязательно попадется огромный зубастый экземпляр, покоптить ее, сходить в баню на берегу озера, топится «по черному» - о таких раньше только читал, прямо из бани – в озеро.
Удивляла финская аккуратность, продуманность и обстоятельность. Весь домашний мусор обязательно сортируется – для меня тогда это было удивительно. В магазин можно вернуть не только стеклянные, но и пластиковые бутылки. Баня на берегу топится по черному – не только для экзотики: дым пропитывает деревянные стены, уничтожает плесень, баня прослужит сотню лет – ничего ей не сделается. На борту лодки на озере – зарубки. Выуженный из рачни рак прикладывается к зарубкам – если короче – тут же за борт – молодой еще, пусть подрастет. Финн целый день возился, вставляя новую дверь в сарае, тщательно промазывал специальным составом каждую щелочку, на вопрос, стоило ли уделять этой двери столько времени, ответил: «сейчас подольше поработаю – дверь мне будет служить, затем сыну, внук подремонтирует, если потребуется – и тоже будет пользоваться». Деревянный дом, в котором жили – построен более 150 лет назад – ни за что бы не поверил, если бы не показали «семейный музей» - выглядит вдесятеро моложе. На сделанной недавно бревенчатой пристройке – кованные «под старину» вручную местным умельцем петли, замок, скобы и даже гвозди – чтобы постройка ничем не отличалась по стилю от дома. Удивительно на фоне нашего желания заменить все на кирпич и пластик. Интересовало очень многое, и, наверное, хозяева посмеивались над нашими вопросами, особенно если учесть, что переводила женщина, не очень хорошо знавшая финский язык: как работает водопровод и туалет городского типа, если вокруг на десяток километров нет водонапорных и очистных сооружений, как организована поставка продукции, если в семь часов утра мы собираем клубнику, а уже в девять она продается в магазинах.
Проходя по набережной в Хельсинки и вдохнув густой клубничный аромат от прилавков летнего рынка, вспомнил эти поездки «на мансику». Были и другие поездки – например, автобусная экскурсия Петербург - Хельсинки от турфирмы «Нева» - очень подробная – повезло с гидом, хорошо продуманный маршрут, солнечная погода (хотя уезжали из Петербурга под слабо моросящий дождик) – но это взгляд на Финляндию сквозь окна быстро перемещающегося автобуса. Хотя и через стекла все туристы заметили: на зданиях не видно растрескавшейся штукатурки и облезлой краски, и выглядят они так, как будто их все недавно отремонтировали и помыли, вокруг мусорных контейнеров – чистота, у причалов стоят лодки, яхты, катера, привязаны иногда обыкновенной веревкой – чтобы не унесло ветром, велостоянки, заполненные велосипедами, велодорожки и много велосипедистов.
Почему то не видели курящих. Кстати, о велосипедах. У нас часто сетуют на отсутствие велосипедных дорожек, отсутствие мест для хранения велосипедов и множество других трудностей. Но мне кажется, что основная проблема – воспитанное с детства общественное мнение, что велосипед – это игрушка для подростков, а взрослому человеку ездить на нем «несолидно». В Финляндии я видел довольно пожилых велосипедистов, а одной бабуле на вид было за семьдесят – удивленный вид был наверное только у меня. Финские дороги – это вообще отдельный разговор. Оправдывая российские дороги, постоянно сетуют на мягкий грунт, грунтовые воды, морозы и прочие напасти, осложняющие их строительство. Проезжая по Финляндии, обратите внимание, что дороги там пробиты через гранитные скалы, причем даже там, где можно было их обогнуть, или сделать подъем, а затем спуск, и вряд ли это проще, чем укрепить наш грунт.
Во время поездки в Финляндию, организованной журналом «STOP in Finland» и МИД Финляндии, мне довелось увидеть несколько интересных мест, а именно:
Несмотря на то, что до острова "рукой подать" от центра Хельсинки, цивилизация не тронула его бетонно - пластиковым дизайном, а старые военные постройки - когда-то здесь была русская, а потом финская военная база - спрятались в земле и траве, прикрылись кустарником и как будто уже срослись с островом. Сейчас здесь – заповедник, кусочек природы совсем рядом с цивилизацией.
Птицы чувствуют себя хозяевами острова настолько, что вьют гнезда прямо около пешеходных тропинок, подозрительно смотрят на проходящих мимо людей, гуси иногда предупредительно шипят, чайки – пытаются отогнать громкими воплями. На одной из тропинок - табличка типа "Осторожно, злой гусь". Каиса Пайанен, руководитель центра экологического обучения объясняет: туда лучше не ходить - этот гусь слишком ревниво охраняет свой дом, может неожиданно выскочить из-за куста и сильно клюнуть.
Первые числа июня – наверное, самое интересное время на острове - некоторые гусыни еще сидят на яйцах, другие же медленно бредут, тихо о чем-то ворча - за ними или вокруг них - стайка недавно вылупившихся пушистых гусят. Трава еще низкая, и их хорошо видно. Но лучше захватить бинокль - чтобы не пугать малышню. Если повезет – увидите рождение птенца – со смотровой площадки можно осмотреть довольно большую территорию. Описывать то, что можно здесь увидеть – наверное, не стоит – ни один рассказ, и даже телефильм не заменит поездки сюда.
В Центре Природы - аквариумы с самыми обычными обитателями Балтики, но как раз это и необычно - из песчаного дна поднимается "перископ" с любопытным маленьким черным глазом - и он поворачивается, осматривая все вокруг. Затем маленькая камбала, которую мы видим только на прилавке магазина, поднимается из под слоя песка - оказывается, это был её глаз. В пучке морской травы спряталась рыбка - от колышащегося листа травы её отличает только полупрозрачный плавник и глаза – я понял, что это – живое существо, только встретившись с ними взглядом. Здесь же можно увидеть основную угрозу Балтийского моря – красивый куст какого-то морского растения в аквариуме как будто покрыт пылью – его полностью облепили миниатюрные нитевидные водоросли. Куст задыхается под слоем этих непрошенных гостей, его листья осыпаются, как в осеннем лесу… Рыбаки знают, что в июне «вода цветет» - мелкие микроскопические водяные растения бурно размножаются из-за органических остатков, попавших в воду с талыми снегами. Но мало кто знает, что этот процесс стал практически непрерывным на дне, куда эти органические остатки постепенно падают. Этот куст – предупреждение об угрозе, копящей свои силы в недрах моря, и человечество пока только подкармливает эту угрозу.
По острову ходят группы школьников – для них устраиваются уроки общения с природой. Птиц они видят не как в зоопарке – за сеткой или решеткой – а совсем рядом – только руку протяни. Дети могут представить себя туристами – с настоящим завтраком путешественника за деревянным столом под открытым небом, или исследователями – для этого оборудован специальный класс с микроскопами, а самые маленькие – могут просто порезвиться в игровой комнате.
Дети учатся уважительно относиться к окружающему нас миру, к его обитателям, привыкают не надоедать им своим излишним любопытством. То же самое происходит и в парках Хельсинки - гуси щиплют траву на лужайке, а рядом люди делают вечернюю пробежку, едут велосипедисты - каждый занимается своим делом, не мешая другим.
Финны гордятся чистотой и нетронутостью природы своей страны, в этом они показывают пример всей Европе. В Финляндии много разных экологических организаций, как государственных, так и общественных. В Хельсинки меня пригласили посетить Фонд защиты Балтийского моря (Foundation for a Living Baltic Sea. Baltic Sea Action Group «BSAG»), и Балтийскую комиссию по охране окружающей среды (HELCOM, Baltic Marine Environment Protection Commission). Обе этих организации, каждая по силе своих возможностей, пытается донести до людей сведения о хрупкости природы и о том вреде, которые человечество может нанести Балтийскому морю своими необдуманными действиями. К сожалению, мое полное незнание финского языка поставило мощный барьер при разговоре с госпожой Саарой Канкаанринта и госпожой Ноорой Хювяринен в BSAG, не помогло даже присутствие переводчика: переводится только информация, эмоциональная часть речи при этом, к сожалению, теряется.
Основная цель Фонда (если я правильно все понял) – содействие благополучному сосуществованию человека и природы. За этой скромной фразой скрывается довольно серьезная проблема – пытаясь обеспечить благополучное существование себе, человечество наносит непоправимый вред окружающей среде, иногда даже не подозревая об этом. Об опасности выбрасываемых в атмосферу «парниковых газов» и вреде диоксинов знают, наверное, уже все. А сколько еще веществ выпускает, использует, а потом выбрасывает за ненадобностью человек? И как они повлияют на экологию? Как устранить или хотя бы уменьшить негативное воздействие человека на окружающую среду, нейтрализовать или изъять из природы попавшие туда вредные вещества. Кто-то же должен изучить эти проблемы, и Фонд финансирует научно – исследовательские работы в этом направлении.
Человечество, даже не подозревая об этом, ухитрилось повлиять на климат на всей планете, а в регионе Балтийского моря положение и вовсе катастрофическое – почти сто миллионов человек, живущих вокруг него, постоянно пользуются всеми «благами цивилизации» - пластмассой и другими синтетическими материалами, химическими удобрениями, работают на предприятиях, их производящих. Постепенно содержимое свалок бытовых и промышленных отходов с грунтовыми водами перемещается в Балтику, вещества, часто неведомые ранее, незаметно для нас оседают на его дне. Речь идет уже не о тоннах – о сотнях тысяч тонн попадающих в воду отходов. Почему так много? А вспомните, сколько пластиковой упаковки, синтетических материалов, старой одежды, обуви и прочего мусора каждый из нас выкидывает ежемесячно. Сколько веществ использовалось, чтобы изготовить то, что позже стало мусором. Сколько едкого стирального порошка проходит через стиральные машины в канализацию. Это надо умножить хотя бы на сто миллионов – в соответствии с числом людей, проживающих вокруг Балтийского моря, добавить опасность аварий и утечек при перемещении огромного количества промышленного сырья, вероятность выбросов на производстве – будущие поколения вряд ли будут нам благодарны за такое наследство. Человечество выделяет огромные средства на разработку новых материалов и технологий, препятствовать этому бесполезно, но надо хотя бы часть этих средств выделить на разработку способов нейтрализации негативного воздействия технологического прогресса на природу.
К счастью, в ХЕЛКОМ оказались русские – Николай Власов и Михаил Дуркин, и они быстро и более подробно разъяснили, что беспокоит европейцев – все таки присутствие переводчика придает разговору официальность, а в отсутствии языкового барьера за чашечкой кофе беседа идет совершенно по другому. Мы радуемся тучным стадам коров на полях и огромным куриным фермам, но природа уже не успевает переработать все возрастающее количество навоза и куриного помета. Сельскохозяйственные удобрения, обильно высыпаемые на поля, в большей своей части смываются дождями. Органические остатки и смытые удобрения с огромных территорий с водами рек попадают в воды Балтики, и там бурно идет процесс, называемый эвтрофикацией – разрастается фитопланктон и мелкие нитчатые водоросли, вытесняющие постепенно всех других обитателей моря – как растения, так и рыб и животных. То есть, кроме свеклы и картошки на полях, человечество еще и подкармливает водоросли. Балтика постепенно становится болотом – мы пока просто этого не замечаем, так как наш взгляд не проникает под воду. Используемые человечеством химические вещества, испытанные и признанные неопасными для людей, на животный мир влияют совершенно по другому (для эксперимента попробуйте показать своему коту валерьянку), и многие виды животного мира уже исчезли из Балтийского моря. Список обнаруженных в воде и рыбе синтезированных людьми веществ понятен только специалистам – а вот фразы о наблюдаемых генетических изменениях – уже пугают. Крупные города оснащены системами очистки сточных вод, но, кроме них, есть большое количество мелких хозяйств и поселений, не в полной мере осуществляющих очистку сточных вод, или не делающих это вовсе, то есть процесс загрязнения продолжается. Да и что значит «очистка промышленных и бытовых стоков»? Очищенная вода – отнюдь не дистиллированная – а обоняние у рыб и животных в сотни раз чувствительнее, чем у людей. Вот и уходят они из Балтики искать более чистые места. Или перестают нереститься, видимо, не желая, чтобы будущие поколения рыб жили в грязной воде.
Кроме этого, каждая страна, заботясь о благополучии своих граждан, старается развивать национальное рыболовство. Балтийское море не очень большое и неглубокое – рыбе спрятаться некуда – да и инстинкт гонит некоторые породы рыб – например, лосося и угря – по проложенным тысячи лет назад маршрутам. Современные рыболовецкие сети не оставляют рыбе никаких шансов на спасение…. А перевозка нефти, химикатов, удобрений огромными современными танкерами и сухогрузами – нам просто везет, что до сих пор не было серьезных аварий.
На рассуждения о проблемах экологии уже нет времени - необходимы срочные скоординированные усилия всех стран по разработке безопасных способов переработки и хранения отходов, восстановления рыбных запасов, обеспечения безаварийности морских перевозок. Многое уже сделано – достигнуты международные договоренности по проблемам загрязнения окружающей среды – но, рассматривая в атласе ХЕЛКОМ графики концентраций тяжелых металлов в водах Балтики, я сделал вывод, что пока только удалось остановить рост поступления загрязнений. На фоне постоянного увеличения объемов производства – это уже немало, но явно недостаточно для спасения природы.
Для туристов это – возможность взглянуть на огромное грозное сооружение прошлых веков. Проехать туда очень просто и удобно – паромы ходят часто, дорога занимает примерно четверть часа. Удивительно, как много сил растратило человечество, грозя своим соседям и одновременно опасаясь их. Теперь это – каменный памятник то ли решительности и упорства, то ли неспособности понять друг друга и мирно по-соседски жить.
Крепость оказалась гораздо больше, чем смотрелась на карте путеводителя, и я пожалел, что заранее не продумал маршрут. По каким-то местам прошел два раза, а на что-то просто уже не хватило сил.
На берегу в крепости стоит небольшая подводная лодка «Весикко» времен Второй Мировой, специально переделанная для удобства осмотра туристами – обычная дверь вместо узкого лаза для экипажа. В нее обязательно надо зайти, потолкаться о металлические поручни, приборы, заглянуть в кубрик. Мы много раз видели подводные лодки «изнутри» в фильмах, и это посещение – лучшая возможность самому протиснуться через все тесные места, представить себе трудную и опасную работу подводников.
Госпожа Маар – Лиина Колехмайнен, пресс – атташе Парламента Финляндии, быстро, но достаточно подробно рассказала об истории и современном устройстве системы государственного управления Финляндии, провела по залам и коридорам здания Парламента. Финны считают, что, если они избрали депутатов, то имеют полное право смотреть на их работу, и не только по телевизору и через Интернет, но и непосредственно - для этого в зале заседаний Парламента есть специальные гостевые балконы, и оттуда можно наблюдать за депутатами. Причем сделать это совсем просто – достаточно позвонить и спросить, есть ли свободные гостевые места, и прийти за 15 минут до начала заседания.
Не буду конкурировать с туристическими гидами, путеводителями, Интернет – сайтами о Хельсинки – ведь видел то я лишь очень малую часть центра города. Насколько этот город спокоен и тих - можно судить по этой фотографии: дикие гуси бредут по автопарковке почти в центре города.
На заметку туристам: оказывается, путешествие в Хельсинки поездом очень удобно – нет очереди на границе – паспортный и таможенный контроль проходит прямо в движении, в дороге можно подремать – главное, на обратном пути не проспать возврата такс-фри: сотрудник с тележкой обмена валюты старается не беспокоить спящих.
Выражаю огромную благодарность журналу «STOP in Finland» www.stopinfin.ru и МИД Финляндии за организацию столь интересной и познавательной поездки. Спасибо всем людям, встретившим меня в Хельсинки и уделившим мне немало внимания и радушия.
Олег Каява
P.S. Отдельное спасибо Дженни Хейнонен, не только переводившую сложную терминологию, но и составлявшую логически связанную речь из моих путанных от волнения высказываний.
Обновлено 21.07.2010
